Суббота, 15 июня 2019 07:50

Главный инженер СШ ГЭС: «Слухи сильно преувеличены»

Автор
Главный инженер СШ ГЭС: «Слухи сильно преувеличены»
Фото Дениса Мукимова

Самой мощной электростанции России полгода назад исполнилось 40 лет. Ее первый из 10 агрегатов был подключен к объединенной энергосистеме Сибири в конце 1978 года. В апреле 2019 года СШ ГЭС перешагнула рубеж в 800 млрд киловатт-часов выработки электроэнергии. Если проще: этого количества хватило бы, чтобы снабжать электричеством всю Россию в течение девяти месяцев.

Обновленную после аварии 2009 года станцию теперь называют не только самой современной в стране, но и самой безопасной. Однако споры по поводу безопасности не утихают до сих пор. В «ШАНС» регулярно поступают звонки с вопросами: наводнение какой силы она может пропустить, как влияют на нее взрывы на угольных месторождениях, в каком состоянии находится бетон и пр. Мы делегировали на закрытый объект нашего журналиста. Что ей удалось выяснить – читайте далее.

Минус три метра

Попасть на Саяно-Шушенскую ГЭС непросто: объект стратегический, и каждого, кто намерен перешагнуть за КПП, служба безопасности проверяет досконально. С безопасностью на станции вообще все строго: сначала проверка данных по различным базам, затем паспорт-пропуск-пропуск-паспорт, сверка фотографии, рамка металлоискателя, «рентген» сумок... Выдохнуть получится только на обратном пути.

Визит на самую высокую плотину в стране традиционно начинается с местного музея. Большой зал увешан десятками исторических фотографий: Карлов створ до перекрытия; дома и дети давно несуществующей деревни Карловка; счастливые лица покорителей Енисея; игрушечные (в сравнении с масштабом стройки) большегрузы…

В качестве места под будущую станцию рассматривалось три конкурирующих створа. В частности, место, где сейчас находится Майнская ГЭС. Но в таком случае было бы затоплено мраморное месторождение, – вводит в курс дела сопровождающий нас пресс-секретарь СШ ГЭС Алексей Дубовец.

Листая старые наглядные пособия, замечаем интересный факт: в них высота станции – 245 метров, сейчас же везде фигурирует – 242. Как поясняет Алексей, цифру со временем уточнили.

Безусловный музейный фаворит у посетителей – полностью реалистичный макет станции (даже скалы, в которые «врезана» плотина, повторяют очертания реальных). Хоть ГЭС и видели все, что называется, «вживую», но мимо него никто не проходит. Кстати, это второй макет. Первый, как отмечают сотрудники, был гораздо больше. Находился он в холле рядом с машинным залом и был сильно поврежден во время аварии.

Тотальный контроль

Рассказывать о станции и не вспоминать трагедию десятилетней давности не получится. Здесь, как принято говорить в таких случаях, все разделилось на «до» и «после». Сейчас ГЭС считается самой безопасной в стране.

Полностью обновлено основное и вспомогательное оборудование станции. Заменены все десять гидроагрегатов, силовые трансформаторы, построено новое распределительное устройство, создана современная автоматизированная система. Автоматика, которая раньше находилась непосредственно в машинном зале (в момент затопления вышла из строя – «ШАНС»), теперь расположена выше на шесть метров на специально сооруженном балконе, – рассказывает Алексей и открывает дверь в шумный машзал. – Каждый агрегат на СШ ГЭС равен мощности одной ДнепроГЭС…

Напомним, расследование показало, что непосредственной причиной аварии стало разрушение шпилек крепления крышки гидроагрегата. Срок службы, их состояние и замена не были определены ни одним нормативным актом. После трагедии завод-изготовитель выдал рекомендации. Согласно им, инструментальный контроль должен проводиться ежегодно, а раз в 20 лет и при каждом капремонте гидроагрегата будет проводиться их замена.

Работающие внутри люди кажутся миниатюрными в масштабе огромного зала, где все в буквальном смысле сверкает и сияет. Глядя с высоты на машзал, появляется ощущение, что все это поражающее воображение оборудование привезли и установили вчера, а не до 2017 года. Десятки понятных только специалистам датчиков и лампочек ежесекундно сигнализируют о работе всей системы.

Это аварийно-предупредительная сигнализация. Если загорается лампочка, то, значит, возникла проблема, а если моргает – идет плановый ремонт, – отвечает Дубовец на вопрос, который ему, похоже, задают с завидной регулярностью.

Вообще контроль за состоянием ГЭС осуществляют 24 часа в сутки семь дней в неделю. Для этого существует целое подразделение – служба мониторинга. В теле плотины установлены автоматизированные системы телеметрического, геодезического и сейсмометрического контроля. Только на этапе строительства было вмонтировано шесть тысяч датчиков. Сейчас их число достигает 11 тысяч. Говорят, что даже малейшее изменение в «поведении» станции сразу фиксируется.

Пожалуй, единственное, что здесь осталось из того, что было раньше, – потолок из легких металлоконструкций.

Если бы в момент аварии здесь было бетонное здание, то жертв и разрушений было бы больше. Конструкцию восстановил тот же подрядчик, что и когда-то монтировал, – поясняет пресс-секретарь.

Над залом медленно движутся полукозловые краны общей грузоподъемностью 1000 тонн. С их помощью можно синхронно поднимать ротор гидроагрегата весом в 800 тонн. Работа ювелирная: между ним и статором зазоры в несколько миллиметров.

Самый сильный паводок

По тоннелю, пробуренному в горе, поднимаемся на гребень СШ ГЭС. Оценить масштабы километрового подземелья, несмотря на теплый свет фонарей, сложно. Как нам объясняют сопровождающие, тут может проехать «Белаз». Причем не один, а два, едущих навстречу друг другу. В двух местах есть разъездные площадки. Во времена, когда станция еще строилась, водители определяли «встречку» по звуку и, соответственно, парковались в эти «карманы», дабы не столкнуться.

С гребня плотина другая: если со смотровой она кажется просто большой, то, стоя наверху, понимаешь – она гигантская. Припаркованные внизу автомобили кажутся точками, а разбросанные по берегам со стороны водохранилища деревья – спичками. Здесь-то и приходит понимание, какую мощь сдерживает плотина.

В этом году ситуация в плане паводка спокойная. Но специалисты все равно не выдыхают – природа коварна и ситуация может измениться в любой момент. Главный инженер СШ ГЭС Тимур Юсупов говорит: критических ситуаций, связанных с паводком, на станции не было, и надеется, что не будет:

У нас есть эксплуатационный водосброс и береговой водосброс, поэтому пропускная способность гидроузла достаточно высока. Мы можем пропустить паводок любой обеспеченности, который предусмотрен проектом. У нас есть такое понятие, как «пропуск паводков редкой повторяемости». Их расчет делают на основании определенных статистических методов, то есть имитируют какой паводок, который может произойти один раз в 10 тысяч лет.

То есть наводнение, которое может случиться раз в 10 тысяч лет, никак не скажется на станции? – спрашиваем.

Да, мы можем принять такой паводок. Пропускать его не нужно, потому что водохранилище для этого и существует. Есть максимальное значение приточности – 24 тысячи 690 кубометров в секунду. Оно меняется в зависимости от дополнительных исследований. Самая большая приточность за весь период эксплуатации зафиксирована в 2010 году – 9 тысяч 700 куб. Но это в два раза меньше от максимальной.

Инженер констатирует: береговой водосброс получился удачным. Он строился как резервный и как раз для пропуска сильных паводков. В перспективе его планируют использовать как основной.

С момента введения водосброса (строили с 2005 по 2011 годы – «ШАНС») было сброшено около девяти кубокилометров холостых сбросов. Из них восемь – через береговой. И только один – через эксплуатационный.

Общеизвестный факт: во время строительства ГЭС рабочие неверно открыли затворы эксплуатационного водосброса и повредили водобойный колодец. С появлением берегового необходимость постоянно использовать эксплуатационный отпала.

Он (водосброс в теле плотины – «ШАНС») в рабочем состоянии. Его минус – он менее удобен в эксплуатации. Если на береговом водосбросе стоят затворы, которые автоматически приводятся в действие и устанавливаются в любое положение, то здесь для того, чтобы открыть водосброс, нужно задействовать два крана (находятся на вершине плотины – «ШАНС»). Если кратко: нужно выставить определенное положение и открыть 11 затворов. Но и там есть правила – нельзя, например, открывать все сразу. В технологическом плане запустить его в работу намного сложнее. Через береговой водосброс пропустить воду можно проще и эффективнее. К тому же это очень зрелищно, – констатирует Тимур Маратович.

Опережая вопрос, поясним: в ближайшее время обводной канал включать не планируют. А вообще идеально отработанным периодом в гидроэнергетике считается тот, когда не нужно сбрасывать воду. Это значит, что специалисты четко рассчитали сработку и наполнение водохранилища.

О твердости

На строительство СШ ГЭС было затрачено больше 9 млн куб. м бетона. По расчетам, этого хватило бы на постройку дороги от Москвы до Владивостока. В музее станции хранится выбуренный кусок бетона. Как нам пояснили, делается это регулярно для оценки твердости. Главный инженер констатирует: бетон получился крепче, чем планировалось на этапе строительства:

Бетон с годами не теряет свои свойства, он, наоборот, укрепляется. Тем не менее, мы проводим специальные исследования – берем пробы, – рассказывает инженер. – В прошлом году в очередной раз проводили эту работу. Проектировщики указывали те точки, в которых нужно было выбурить, чтобы посмотреть и оценить. В очередной раз подтвердили: твердость бетона выше, чем предусмотрено проектом.

Вообще на станции бетон не в чистом виде. Внутри плотины заложено очень и очень много арматуры.

Коррозии там не происходит из-за того, что стальные прутья залиты бетоном, там безвоздушное пространство, – поясняет Юсупов.

Щепетильный вопрос

Ничего в этом мире не вечно, поэтому жителей Хакасии интересует – что будет с СШ ГЭС, когда закончится срок эксплуатации, а также как чисто теоретически можно спустить водохранилище. Думать об этом не хочется, потому что в зону возможного затопления попадают не только близлежащие населенные пункты, но и Абакан.

– Есть специальные отверстия, но они сейчас заглушены. К их помощи прибегали еще на этапе строительства. Чтобы было понятно: строительство велось с правого берега, потому что он более пологий. Левый берег крутой, там скалы, и подобраться к реке оттуда сложно. Поэтому основные дороги были по правому берегу. Началось все с отсыпки дамбы, потом ее закруглили, сделали дугой, чтобы отгородить часть реки. После из отгороженной части откачали воду, и получился котлован, на дне которого и начали строить водосбросную плотину. Когда ее возвели выше уровня воды, начали перекрывать оставшуюся часть реки. Тогда-то и разобрали специально предусмотренную перемычку, через донные отверстия которой уходила вода. После этого была возведена левая, станционная часть плотины, – объясняет на историческом снимке Тимур Маратович.

По его словам, таким образом построены многие гидростанции. Эти отверстия и сейчас гипотетически могут быть задействованы.

А почему срок должен закончиться? – задает встречный вопрос инженер. – В настоящей практике у нас есть нормативный срок службы оборудования, в течение которого завод гарантирует его нормальную работу. На самом деле оборудование работает и больший срок. К примеру, турбины на иркутской станции два норматива отработали. Удачная конструкция получилась. В энергетике, если закончился нормативный срок, вступают в силу особые режимы контроля. Зачем тратить деньги и обновлять?! Проще наблюдать, замерять, проводить ТО. Гидротехнические сооружения стоят тысячу лет – знаем мы это по акведукам в Римской империи – они немножко другого характера, но, тем не менее, они стоят до сих пор и работают. Никто их не собирается по нормативному сроку демонтировать.

Постоянные землетрясения

Но, пожалуй, самый часто задаваемый вопрос в последнее время – влияют ли взрывы на угольных предприятиях на СШ ГЭС? В головах у жителей Хакасии родилось уже с десяток теорий по этому поводу.

– Или что «слону дробина»? – уточняем.

Это определение точное. Мы расположены в сейсмоактивном регионе. На самом деле, у нас землетрясения происходят регулярно, но мы их не ощущаем, они малой активности. Сооружение наше способно выдержать до восьми баллов в эпицентре (или если докатится волна такой мощности) без потерь. Это проектные значения. Взрывы, о которых вы говорите, мы, как правило, не чувствуем, – говорит эксперт.

В 2013 году на станции ввели в работу новый сейсмометрический комплекс. Оборудование ведет непрерывную запись сведений и автоматически передает их на специальный сервер. Это позволяет оперативно получать исчерпывающие данные не только о происходящих землетрясениях, но и о реакции гидротехнического сооружения на различные воздействия, такие как пуски гидроагрегатов и работа эксплуатационного водосброса и пр. Причем, как отмечает главный инженер, служба мониторинга умеет разграничивать взрывы и землетрясения.

Марк Твен писал в газете: «Слухи о моей смерти сильно преувеличены». Так и тут: слухи о том, что взрывы отражаются на станции, сильно преувеличены, – отметил Юсупов.

 Фото Дениса Мукимова и Алены Митченко

Галерея изображений

Просмотров: 998
Загрузка...

Комментарии

Уважаемые пользователи!

Просим ознакомиться с правилами комментирования на сайте «Шанс. Регион»:

  1. Редакция «Шанс. Регион» не несет ответственности за содержание и смысл комментариев, оставленных пользователями. Но!
  2. Не допускаются комментарии, содержащие призывы к свержению власти, вражде по национальному признаку и другим проявлениям экстремизма.
  3. Не допускаются взаимные оскорбления в беседе пользователей с использованием нецензурной брани.
  4. Не допускаются материалы и ссылки коммерческого характера, не согласованные с коммерческим отделом «Шанс. Регион».
  5. На сайте действует премодерация: оставленный вами комментарий проверяет администратор. Если ваш комментарий не появился на сайте, значит — вы нарушили правила. 

Дополнительные вопросы можно задать, позвонив в редакцию по тел. 8(3902) 344-344 или пишите на электронную почту: gazetabox@gmail.com