В последние месяцы мой телефон в буквальном смысле раскаляется от звонков. Люди со всех уголков России – от Калининграда до Камчатки ищут способы получить социальные выплаты за родственников, погибших в ходе специальной военной операции. Ко мне обращаются матери, вдовы, сестры погибших бойцов, которые столкнулись с чудовищной несправедливостью. Они потеряли сыновей, мужей, братьев… Масштаб их горя не передать. И представьте: в один «прекрасный день» они узнают, что на горизонте объявляется внезапная законная супруга, с которой боец не виделся лет двадцать, или дальний родственник, который не позвонил ни разу за все время службы.

Сегодня поговорим о тех, кто, не имея ни морального, ни фактического права на поддержку, пытается урвать свой кусок от «гробовых» миллионов, прикрываясь пыльной бумажкой из ЗАГСа.

Я собрала типичные случаи из реальной судебной практики последних лет и готова рассказать вам, кому суды традиционно отказывают в выплатах.

ДОЧЬ – СТУДЕНТКА

Начнем с истории, которая произошла в Санкт-Петербурге.

Дочь погибшего военнослужащего обратилась в суд с требованием признать её членом семьи и назначить ей выплаты.

Суд первой инстанции отказал девушке, со ссылкой на то, что право на выплаты имеют дети-студенты очной формы обучения, но только до достижения ими 23 лет.

На момент гибели родственника девушке исполнилось 24 года. Она была взрослым, самостоятельным человеком, состояла в браке и не находилась на иждивении отца. Конечно, они общались, как папа и дочь, периодически созваниваясь, поздравляли друг друга с праздниками. Но это не делало ее членом семьи погибшего в том смысле, который вкладывает закон.

Закон защищает тех, кто потерял кормильца. В нашем же случае – дочь потеряла отца, а не кормильца. Несомненно, это огромное горе, но, как выяснилось, не основание для социальных выплат, которые предназначены для тех, кто материально зависел от погибшего.

Социальные выплаты – это не награда за родство. Это компенсация за утрату источника существования.

Казалось бы, все понятно, но девушка обжаловала состоявшееся решение и пыталась доказать, что она – член семьи, находящийся на иждивении. Среди аргументов звучало: она еще учится, а значит, не работает, как итог – отец ее содержал. Более того, она требовала от Министерства обороны компенсацию морального вреда в полмиллиона рублей за то, что ей поздно ответили на электронное письмо с отказом.

Суды всех инстанций, вплоть до кассационного, отказали в удовлетворении требований. В том числе и в компенсации морального вреда. Суды справедливо указали: чтобы получить моральный вред, нужно доказать, что гражданин испытывал моральные страдания из-за бюрократической волокиты. Но какие могут быть страдания от задержки письма, если у девушки изначально нет права на сами выплаты?

У НАС ОБЩИЕ ДЕТИ

Следующая история о том, как женщина, имеющая полуторагодовалого ребенка, обратилась за выплатами после смерти ее гражданского мужа, с которым прожила два года, и который записал дите на себя. Она полагала, что является гражданской женой и имеет право на выплаты в равных долях с ребенком.

В судебном заседании выяснилось, что женщина фактически проживала с погибшим менее трех лет до заключения им контракта, что явилось основанием для отказа в иске.

Помните, что право на выплаты возникает у гражданской жены, если одновременно соблюдаются следующие условия:

1. Гражданский супруг – участник СВО погиб.

2. В суде установлен факт совместного проживания с ним не менее трёх лет и ведения общего хозяйства на момент заключения контракта или призыва на военную службу.

3. Гражданские супруги имеют общего несовершеннолетнего ребёнка.

4. Отсутствие другого брака. Это важный момент. Если у погибшего была официальная жена, с которой он не развёлся, гражданская жена выплаты не получит. Закон пытается балансировать, но приоритет часто отдаётся официальной супруге. Однако, если вы докажете, что официальная семья фактически распалась, а вы вели общее хозяйство с героем, шансы есть.

5. Гражданские супруги не являются близкими родственниками (родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии – родителями и детьми, дедушкой, бабушкой и внуками, полнородными и неполнородными братьями и сёстрами). Следовательно, наличие общих детей не создаёт права на выплаты для матери этих детей автоматически.

ГРАЖДАНСКАЯ ЖЕНА И МИФ ОБ ИЖДИВЕНИИ

Эта история для тех женщин, которые не были в официальном браке, но жили «по-семейному» с погибшим на СВО не один десяток лет, вырастив общих детей.

Гражданки полагают, что имеют право на выплаты наравне с законными женами. Между тем, это не так. Для таких категорий жен закон четко определяет право на выплаты – только в том случае, если женщина находилась на иждивении у погибшего.

Давайте переведем с юридического на русский. Иждивение – это когда помощь погибшего была вашим постоянным, основным и единственным источником выживания. Не приятным бонусом, не оплатой маникюра или ремонта, а единственным способом не умереть с голоду.

В одной из реальных историй женщина предоставила суду выписки по счетам, как доказательства регулярного перевода денег гражданским супругом. Суд начал разбираться, и выяснилось, что женщина получает свою пенсию, которая покрывает базовые нужды; она трудоспособна, но при этом даже не пыталась встать на учет в центр занятости; погибший какое-то время сидел в тюрьме, и в этот период она выживала как-то сама. Все эти обстоятельства явились основанием для отказа признать женщину иждивенцем.

Суд сослался на то, что переводы на карту – это не иждивение. Чтобы доказать иждивение, нужно предоставить доказательства того, что поступления на карту и финансовая помощь были регулярным и основным источником вашего существования, иных доходов у вас нет или они очень незначительные, а обеспечивать себя сами вы были не в состоянии, к примеру, по состоянию здоровья.

ЖЕНА НА БУМАГЕ

О женщине, которая вышла замуж, прожила с мужем несколько лет, а потом решила уехать с ребенком за границу.

Дама получила там гражданство и начала строить новую жизнь. Двадцать лет с мужем она не общалась, но брак при этом не расторгала. Узнав о гибели супруга на СВО, гражданка вдруг вспомнила, что где-то в сейфе лежит свидетельство о браке. Видимо, недолго думая, она решает, что теперь – законная вдова.

Военкомат – машина бюрократическая. Есть печать о браке – выдавай деньги по инструкции. Но мать погибшего бойца с таким раскладом решила не мериться и пошла в суд.

Суд первой инстанции встал на сторону матери. Он признал жену утратившей право на долю компенсации. Заграничная жена обжаловала это решение. И вот тут началось самое интересное.

Апелляционный суд и затем кассационный встали на сторону вдовы. Они указали, что поскольку брак не расторгнут, значит, женщина является законной женой и имеет право на выплаты по закону. А то, что супруги не жили вместе – не имеет правового значения.

Точку в этом деле поставил Верховный Cуд РФ в январе 2026 года.

Отменяя состоявшиеся решения, Верховный суд указал, что семья строится на чувствах, взаимного уважения и помощи. Если люди 20 лет не живут вместе, не ведут общее хозяйство – брачно-семейные отношения фактически прекращены. Вдова не потеряла кормильца, потому что он им и не был. Нравственных страданий от гибели она не испытывала, потому что они были по факту чужими людьми. Полученные выплаты обязали вернуть матери погибшего.

Охота за выплатами СВО, к сожалению, стала реальностью нашего времени.

В последние годы правоохранительные органы и СМИ фиксируют волну мошенничеств вокруг выплат семьям участников спецоперации. Известны случаи, когда злоумышленники организовывали фиктивные браки с бойцами ради получения «гробовых». Мошенники звонят родственникам погибших, представляясь сотрудниками военкоматов, и выманивают личные данные и деньги. В регионах фиксируются попытки обмана вдов и матерей погибших бойцов.

Судебная практика отражает эту тенденцию: после начала СВО резко выросло число исков от матерей погибших военнослужащих к бывшим женам о лишении их права на выплаты.

Мы живем в непростое время. Государство выделяет колоссальные средства на поддержку семей, потерявших родственников на спецоперации. И эти деньги не могут быть объектом спекуляций. Они не могут доставаться людям, которые давно вычеркнули бойца из своей жизни, но вспомнили о нем, когда пришло время делить выплаты и наследство.

Если у вас остались вопросы, если вам нужна помощь в составлении иска или вы просто хотите поделиться своей историей – звоните в Общественную приемную газеты «ШАНС» (Абакан, Хакасия) Татьяне Чередниченко по тел.: 8-902-996-88-91. Все консультации бесплатные.

_________

А вы об этом знали?

ФИКТИВНЫЙ БРАК С ГЕРОЕМ СВО

В Емельяново осуждены три местных жителя за попытку хищения 9 млн рублей. В 2024 г. гражданка Узбекистана мечтала получить разрешение на временное проживание в России. Для этого она заключила фиктивный брак с россиянином, без любви, без семьи. Скоро родила ребёнка от другого мужчины. Муж тем временем подписал контракт, ушёл на СВО и погиб, выполняя боевую задачу, сообщает прокуратура Красноярского края.

Узнав о выплатах – более 9 млн руб. пособий и компенсаций для вдовы и ребёнка, – женщина не растерялась. С двумя знакомыми она разработала план: подать заявление в профильные ведомства, умолчав о фиктивности брака, получить деньги и поделить. Схема стала известна правоохранителям.

По материалам УФСБ края, возбуждено уголовное дело. Оперативники сработали быстро: изъяли телефоны с перепиской о схеме, видеозапись признания в фиктивности, нашли свидетелей – мать погибшего, соседей. Обыски подтвердили умысел.

Подозреваемые арестованы: женщина заключена под домашний арест, а остальные – под стражу.

Прокуратура подала иски, и суд признал брак недействительным – выплаты получила мать героя. Иск об отмене отцовства в интересах ребёнка на рассмотрении.

В суде лидер группы полностью раскаялась, соучастники – нет. Суд признал сообщников виновными в покушение на мошенничество с выплатами (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159.2 УК РФ).

Женщина получила три года колонии с отсрочкой до достижения 14 лет дочерью, а соучастники – по четыре года колонии общего режима.