Заметили? Наш тихий город внезапно превратился в боксерский ринг для двух главных лозунгов сезона. Коммунисты с кумача обещают нам победу, если мы проголосуем за них. А «Единая Россия» в ответ возводит вокруг нас невидимую оборонительную крепость прямо поверх рекламы пластиковых окон. Пешеход с пакетом рыночных помидоров замирает перед этой красотой в глубокой растерянности: врага вроде не видно, автобус опять задерживается, а махать кулаками на плакатах надо, ведь за них уже «уплочено».
О сибирском экзистенциализме, филологических тупиках и о том, как пережить этот триумф пафоса – весело и без валидола рассуждаем далее.
Если долго ходить по улицам Абакана в августе 2026 года, можно заметить удивительную вещь: воздух вокруг нас буквально звенит от готовности кого-то сокрушить. Куда ни глянь – кругом сплошной триумф воли, отлитый в многометровом виниле. Городские билборды превратились в ристалище, где сошлись две главные текстовые доктрины эпохи.
Слева, на тревожном кумачовом фоне, КПРФ грозит пространству безальтернативным тезисом: «Победа КПРФ – Победа народа!». Справа, с государственным спокойствием и легким намеком на геометрию триколора, «Единая Россия» парирует рифмой из школьной хрестоматии: «Мы едины значит – непобедимы», в которой из знаков препинания только тире. Как хочешь, так и читай!
Человек мыслящий, не обремененный партийным билетом, но обремененный высшим образованием и привычкой вчитываться в чеки супермаркетов, неизбежно замирает перед этими полотнами. Замирает и начинает тихо, грустно чесать затылок. Потому что в этих коротких строчках зарыта такая глубинная русская тоска, которую ни один политтехнолог спроектировать был просто не в состоянии. Это получилось само. Прорвалось сквозь сито цензуры прямо из глубин коллективного бессознательного.
ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ ТУПИК: ЧТО СКРЫВАЕТСЯ ЗА «ПО»
Давайте начнем с самого болезненного – с филологии. Мы ведь поколениями привыкли относиться к русскому языку как к чему-то запасному, что лежит где-то глубоко в черепной коробке и не требует внимания. А он, язык, штука мстительная. Он помнит свою внутреннюю форму даже тогда, когда ее пытаются упаковать в предвыборный бюджет и согласовать в верхах.
Задумайтесь на секунду, из чего растет это великое слово «победа». Смысловая система тут прозрачна до ужаса. Есть емкое, страшное, исконно наше слово «БЕДА». А перед ним скромно пристроилась «ПО». В нашей грамматической традиции эти две буквы почти всегда означают финал, завершение или то, что наступает строго после чего-то. Пообедал – то, что после обеда. Погулял – то, что после гуляния. Похороны – ну, тут вы и сами все понимаете.
Следовательно, «ПО-БЕДА» – это буквально то, что приходит ПОсле БЕДЫ. Это не праздничный салют на пустом месте и не пухлый конверт с незаработанной премией. Это тот короткий, серый, пропахший гарью промежуток времени, когда катастрофа уже закончилась, пепелище слегка остыло, а уцелевшие граждане выходят наружу, чтобы уныло осмотреться по сторонам и начать собирать разбитую жизнь по осколкам. Победа – это просто фаза ликвидации последствий. Это признание того факта, что беда, вообще-то, была, пришла, потопталась по нам и ушла, оставив после себя право называться победителями.
И вот теперь мы возвращаемся к нашим плакатам. Что нам транслирует левый фланг? «Победа КПРФ – Победа народа!» То есть, если переводить с русского на честный, товарищи коммунисты как бы намекают: сначала мы все вместе дружно погрузимся в пучину очередного исторического бедствия (ну, чтобы было что преодолевать), а уже потом, когда дым рассеется, народ вместе с партией разделит радость выживания. Перспектива, прямо скажем, бодрит, но заставляет инстинктивно проверять запасы спичек, соли и крупы.
ПАРТИЗАНСКИЙ МАРКЕТИНГ: В ПОИСКАХ НЕВИДИМОГО ФРОНТА
Но главный вопрос, который мучает любого нормального жителя, звучит гораздо проще: ребята, а кого вы, собственно, собрались побеждать?
Вот висит плакат «Единой России». На нем написано: «Мы едины значит – непобедимы». Прекрасный слоган для осажденной крепости времен Столетней войны. Но если присмотреться к ландшафту республики, то крепость выглядит как-то избыточно мирно. Против кого держим оборону? Кто этот грозный, коварный супостат, который под покровом ночи пытается нарушить наше единство на улицах Черногорска или Саяногорска?
Если враг внешний, то почему с ним борются с помощью муниципальных билбордов, на которых обычно рекламируют пластиковые окна или скидки на шубы? Если враг внутренний, то покажите пальцем, мы хоть посмотрим. Может, это те самые дачники, которые никак не могут победить заросли сорняков на своих шести сотках? Или это коммунальные службы Абакана, которые каждую осень ведут непримиримую, священную войну с первыми заморозками и всегда оказываются в положении временно отступающих?
В этой тотальной милитаризации риторики чувствуется какая-то глубокая неприкаянность. Партии ведут себя как профессиональные боксеры, которых заперли в пустом зеркальном зале. Соперника нет, раунд не начинается, рефери ушел пить чай, а махать руками надо, потому что спонсоры оплатили хронометраж и аренду баннеров. И вот они боксируют с собственными тенями. КПРФ побеждает призрак мирового капитализма в отдельно взятом сельсовете, а «Единая Россия» героически удерживает круговую оборону от гипотетического хаоса, который сам же электорат может устроить, если в магазинах вдруг закончится сахар.
СИБИРСКИЙ ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ НА ФОНЕ ВИНИЛА
Самое забавное и одновременно грустное во всей этой наглядной агитации – это то, как она сочетается с реальной повседневностью. Плакаты висят высоко, они чистые, яркие, отпечатанные на хорошем импортном оборудовании, которое тоже, видимо, было закуплено еще до того, как мы всех окончательно победили. А внизу, под ними, течет обычный городской день.
Вот идет человек. У него в кармане триста рублей, в голове – мысли о том, как собрать ребенка в школу к сентябрю, а в руках– тяжелый пакет с продуктами. Он поднимает глаза, смотрит на лозунг про «непобедимость» и думает: «Господи, да я и не собирался ни на кого нападать. Мне бы просто до получки дотянуть так, чтобы ни у кого не занимать».
Он не хочет быть непобедимым, он хочет быть просто сытым и уверенным, что завтра автобус приедет по расписанию, а крыша дома не потечет.
Но политтехнологи неумолимы. Они требуют драмы. Им нужен надрыв, окопная правда и звенящий пафос. Им кажется, что если написать на плакате «Мы отремонтируем три километра теплосети в Сорске», то народ не пойдет голосовать. Масштаб не тот. Мелко для великой державы.
Нужен размах, нужен эпос! Поэтому давайте напишем про Победу с большой буквы. Про ту самую, которая после беды.
И народ смотрит на это, тихо вздыхает и соглашается. Ладно, думает народ, пишите про победу. Нам не привыкать. Мы эту «беду» тут каждые полгода наблюдаем то в виде счетов за отопление, то в виде цен на бензин. Раз уж «ПО» гарантирует, что все это когда-нибудь закончится и перейдет в разряд воспоминаний, то давайте хотя бы доживем до этого светлого момента.
ВСЕ ПРОЙДЕТ...
В конце концов, предвыборные баннеры – это просто сезонное явление. Как тополиный пух в июне или арбузные корки в августе. Пройдет сентябрь, утихнут страсти, подсчитают проценты и снимут с билбордов потемневший от первых осенних дождей винил. На месте грозных партийных призывов снова появится мирная, понятная реклама авторазборок, продажи квартир в строящихся панельках или концертов заезжих звезд эстрады сомнительной свежести.
И наступит долгожданная тишина. Та самая настоящая, бытовая «по-беда», когда беда предвыборной кампании наконец-то останется позади, а мы останемся один на один с нашей реальной жизнью. Где дороги по-прежнему бегут куда-то вдаль, совершенно не интересуясь, кто там сегодня считает себя единым, а кто – народным.
Жизни вообще чужд этот искусственный пафос. Ей гораздо важнее, чтобы вовремя начался отопительный сезон, а люди на улицах просто улыбались друг другу без всякого повода. Потому что реальность, в отличие от политики, случается с нами каждый день, и ее нельзя переизбрать на новый срок по собственному желанию.
