Пятница, 15 марта 2019 10:54

Советник главы Хакасии – о каратэ, погонях за мусоровозами и Навальном

Автор
Советник главы Хакасии – о каратэ, погонях за мусоровозами и Навальном
Фото: gorodskoyportal.ru

Один из советников главы Хакасии – Александр Бурмистров – 34-летний депутат новосибирского городского совета, занимающийся у нас в республике мусорной реформой. Бурмистрову удалось добиться снижения тарифа на вывоз мусора в некоторых районах республики. В дальнейшем он намерен заняться угольными разрезами, которые влияют на экологию, но не очень хотят платить налоги.

«Вертушку не крутану»

– Вы были чемпионом России по каратэ. Как это произошло?

– 1996 год. Воронеж. Чемпионат национальной федерации шотокан каратэ-до. Выиграл. Вот, собственно, и все. Мне как раз исполнилось 12 лет, а возраст был на соревнованиях – 12-13 лет. Весовая категория до 40 кг, насколько помню, была. Впоследствии ездил на турниры также, где-то выигрывал, где-то проигрывал. Это и сформировало мое детство. Вы помните, насколько были популярны единоборства: мы все выясняли, кто круче – Чак Норрис или Джеки Чан.

– В шотокан бьют руками в голову?

– Конечно. Для детей, конечно, контакт ограничен. Чтобы вкладывать всю силу, как у боксеров, такого нет. Да, я был несколько раз на соревнованиях по кекушинкай (в этом стиле запрещены удары руками в голову – «Шанс»). Стиль интересный, но мне он не очень понятен и близок. Непонятно, как два парня могут стоять друг напротив друга на расстоянии полуметра и бить только в живот либо лоукик – ногой по ноге. Напрашивается же удар кулаком в открытую голову!

– Сейчас «вертушку» (удар ногой с разворота) крутанете?

– Я думаю, нет. С тех пор прошло почти 20 лет.

«В КПРФ пришел до хайпа*»

– Вы работали в Ханты-Мансийском АО (администрация города Советский). Хакасия – нищий регион по сравнению с ним?

– Просто для сравнения вам. Бюджет Советского района Югры, там, где население 50 тысяч всего человек, составлял на тот момент, когда я там жил, порядка 6 млрд рублей (в Абакане – 5,3 млрд – «Шанс»). Это цифра, которая мэру Саяногорска, например, и не снилась. Там огромные деньги, которые несравнимы с другими регионами страны. Огромные ресурсы, в том числе и зарплаты. Больше ли я там получал? Знаете, несопоставимо больше. Почти раза в два больше.

– Вы идейный коммунист или просто делаете карьеру?

– Знаете, те, кто хотят делать карьеру, как правило, идут в «Единую Россию». А я появился в КПРФ не год, не два назад. Не было ни хайпа, ни глав (регионов – «Шанс»), ничего. Карьерных соображений не могло быть в принципе. У меня дедушка был такой убежденный, идейный коммунист и таким образом меня воспитывал. У меня много друзей из пресс-службы Новосибирского обкома. Среда тоже как-то повлияла.

– Сталин – красавчик?

– Вы задаете настолько сложный вопрос и, исходя из того, как вы его ставите, хотите получить односложный ответ. Очень сложный человек, очень сложный период, и дать характеристику в виде ярлыка или клейма я не готов.

– Вы работали еще в  Новосибирске, не только в Ханты-Мансийском АО. Что вас раздражает в Абакане?

– Ничего не раздражает, кроме, пожалуй, вот этой угольной дымки. Да, я ее ощущаю. Вот это отличает от других городов. А так, нормальный город. Удобно жить.

– Что подумали, когда Виктор Зимин назвал Новосибирск «колхозом»?

– Сложно было не обратить внимание. Все СМИ Новосибирска это опубликовали. Я подумал, что это не очень вежливо и корректно. Назвать мегаполис «колхозом» нельзя. Ну, дядечка, насколько я понимаю, был и остается довольно экспрессивным. Сказал то, что сказал.

– Вы не считаете, что после должности в администрации Новосибирска советник главы Хакасии – это понижение?

– Смотрите, у нас в стране реальные возможности определяются доверием к тебе первого лица. Теми задачами, которые можно решать. И, насколько я вижу, как реализуется мусорная реформа, у нас в большинстве регионов сами губернаторы не могут этот вопрос поднимать, потому что им навязывают (правила игры) сверху из Москвы компании. Они устанавливают адские тарифы, и никто не может этот вопрос обсуждать. У них (у губернаторов) на это не хватает полномочий. А у нас в Хакасии хватает. Я чувствую, что могу решать те задачи, которые хочу, никакого ущемления не чувствую. К вопросу о статусе советника: я действующий депутат городского совета Новосибирска, у меня 30 тысяч избирателей. Работаю я сам, работают помощники. В этой связи по закону я не мог бы быть государственным служащим и возглавить то или иное министерство или департамент.

– Это не попытка усидеть на двух стульях? Вы и в Новосибирске, и в Абакане.

– Думаю, проблемы тут никакой нет. В Хакасии я получил уникальный опыт, связанный с мусорной реформой. Я, когда буду в Новосибирске, обязательно расскажу о том, где возможно жульничество, фальсификация, как это можно контролировать. И опыт, который я получаю здесь, очень полезен, можно прийти в любой кабинет, к любому министру, запросить документы, задать вопросы. С точки зрения квалификации я расту здесь очень быстро, и никакой проблемы я не вижу. Ничего не мешает взять отпуск на три недели, потом включиться в новый проект после мусорной реформы. Мне, например, уже много лет интересно, как работает госжилинспекция, фонд капитального ремонта также занял глухую оборону. Здесь я могу задать те вопросы, которые мне интересны.

«Коновалову нужно набирать опыт»

– Есть мнение, что после выборов КПРФ бросила Коновалова. Почему так произошло?

– Для партии в целом успехи Коновалова – это очень и очень важно. Партия помогает так, как может. Насколько мне известно, Геннадий Андреевич Зюганов участвовал в переговорах с Мишустиным (это глава налоговой службы) по вопросу «Абазинского рудника». Это тоже своего рода поддержка, участие и так далее. А все эти домыслы, мол, КПРФ бросила Коновалова, я их иногда читаю в телеграм-каналах, смеюсь над ними. Ну, чепуха! Коновалов – наш товарищ, мы должны по мере сил подставить ему плечо.

– Самое слабое качество губернатора Хакасии?

– Опыт нужный набирать, и это такая задача, которая должна решаться все быстрее и быстрее. Потому что столько всего происходит вокруг. По каждому вопросу нужно иметь свое мнение, нужно понимать, что происходит в реальности. Для этого надо вникать, справляться. Вопрос в том числе времени. Я вижу, когда докладываю по мусорной реформе, он быстро вникает.

– Вы не считаете, что он недостаточно образован для такой должности? Просто он всегда с гордостью говорит, что закончил юрфак ХГУ, но ведь ХГУ – это...

– Человек вполне может гордиться образованием, которое он получил. Помимо этого, он пять лет был депутатом, понимает процессы не только как юрист, но и как участник местного самоуправления.

– Вы работали в штабе Коновалова на выборах. Самый сложный день в кампании?

– Самый сложный день всегда один – это день голосования. А вообще в течение дней восьми спали по два часа. Работаешь, работаешь. На выборах всегда так.

– Как отмечали победу?

– Я просто лег спать. Физически это была изматывающая история. Какого-то такого празднования, чтобы это был пир, не было. Люди все были уставшие, замученные, но радостные. В основном, делились байками, которые были связаны с деятельностью «Народного главы» (проект, сторонники которого призывали голосовать против Коновалова – «Шанс»).

– Например?

– Например, мой товарищ из Новосибирска развернул 200 с лишним человек, которые не могли проголосовать. По сути дела, он герой, потому что заблокировал двести голосов на участке. Люди не имели права голосовать, но все-таки пришли на участок. Были истории, когда активисты «Народного главы» непосредственно на участках перед урной пытались проводить какие-то опросы. И их отправляли за 50 метров от участка, и я видел ситуацию, когда с рулеткой отмеряли расстояние.

– Коммунистам предлагали отказаться от участия в выборах? Это обсуждалось в штабе?

– А как это можно обсуждать? Вы поймите, когда тысячи и десятки тысяч коммунистов наблюдают за событиями в Хакасии, когда автобусы приезжают с наблюдателями на общественных началах, чтобы просто поддержать… Вести какие-то переговоры в таких условиях просто невероятно, это невозможно. Это просто нереально.

– Коновалова на выборах поддержал Навальный. Как он вам?

– К тому, что делает Алексей Навальный, я отношусь с интересом. Я смотрю его видосики, смотрю, что он пишет. И его деятельность отслеживаю.

– А это не противоречит линии партии? Разве коммунисты и Навальный – не враги?

– Ну вы спросили, как я к ему отношусь. Я говорю – с интересом. Не замечать, что этот человек делает… Он делает интересные расследования, вытаскивает интересную фактуру, красиво упаковывает все эти вещи. Как ни крути. Я за этим слежу, и когда очередной видос появляется, обязательно нахожу полчасика, чтобы его посмотреть.

– Грудинин победит на следующих выборах президента?

– Я голосовал за него на прошлых выборах, я с ним немножко знаком. И его деятельность заставляет за собой следить. Это интересный человек.

«Мусоровозы ездят, но толку с этой езды нет»

– Мусорная реформа в глобальном плане – зачем?

– По сути, эта реформа основывается на двух задачах. Первая – обеспечить движение твердых коммунальных отходов таким образом, чтобы организация, которая перевозит мусор, получала деньги не в момент вывоза, а в момент выгрузки. Еще в прошлом году как это было: жители города или даже дома нанимают организацию, организация может не донести мусор 300 метров до оврага. Выгрузить его, и все на этом. Сейчас расчеты с организаций осуществляются на полигоне. Соответственно, возможностей вываливать мусор туда, куда не следует, становится меньше. И вторая задача государства в том, если я правильно понял, чтобы, аккумулируя мусор на конкретных полигонах, со временем там организовать сортировку, извлечение полезных фракций и дальнейшую переработку. Перерабатывать и использовать те отходы, которые сейчас, по сути дела, гниют.

– Мусорный оператор – зачем? Например, в Минусинске мусор возят те же, кто возил раньше, только денег за это больше берут.

– Да, есть оператор, который получает определенную дельту. Мы не можем отменить федеральную реформу. Только смягчить. Все, что мы можем сделать в отдельно взятом регионе, – это проанализировать тариф, расходы, которые лежат в его основе, сократить их. Пока нам это удалось сделать в двух территориальных зонах: Аскизском районе, Бейском и Саяногорске. Мы видим перспективу по северным территориями: Ширинскому району, Орджоникидзевскому району. Я думаю, в ближайшее время о результатах работы по этим территориям мы будем способны объявить.

– Вы говорили, что по Хакасии ездят полупустые мусоровозы. Оператор что-то «накручивает»?

– Имея много свободного времени в январские праздники, мы поехали 4, 5, 6 числа по полигонам. Останавливаем мусоровозы, смотрим маршрутные листы. Видим, что есть случаи, когда нагружено 26 баков, а влезает 60-70. На самих полигонах фиксируется, будто он загружен, хотя он не загружен.

Говорить о том, кто крайний – регоператоры или подрядные организации… В каждом случае там свои версии есть. Для нас важно, чтобы лишних затрат не было. Сейчас есть очень простая задача – поставить весы на каждый из пяти полигонов. Весовой контроль более объективен, чем все эти отчеты на бумажках. С внедрением весового контроля, мы надеемся, что возможностей для манипуляций станет меньше. Самая безумная манипуляция, которую я видел, была в Саяногорске. Я сам ездил за мусоровозом полдня, смотрел, как работает, сколько мусора собирает в Майна. И он движется в сторону несанкционированной свалки, догружает пять контейнеров. То есть грузит мусор, который люди выбросили еще в прошлом году. И его вывозят, получается двойная оплата. Мы за этой цепочкой проследили до того момента, как прибытие грузовика фиксируется на полигоне. Ситуаций таких много, они все разные. Их надо изучать, смотреть. Чтобы мы сами понимали, что тариф – обоснованный. Пока мы этого не понимаем.

– Когда будет внедряться весовой контроль?

– Основной полигон, усть-абаканский, эти весы уже устанавливает. Это частный полигон, остальные муниципальные. Я думаю, в течение недели мы поймем, как наличие весов влияет на затраты, которые полигон показывает. Исходя из этого будут делаться выводы по весам для муниципальных полигонов.

– Какая цель вашей карьеры? Хотите вы стать президентом, губернатором или еще кем-то?

– Сейчас мне интересна мусорная реформа. Также я бы хотел заняться выполнением угольщиками своих обязательств. Это не вопрос формального статуса, а того, что ты реально можешь сделать. Самое ценное, что у нас есть – это время. Надо заниматься чем-то значимым, веселым, интересным.

– С угольщиками проблема в том, что они платят налогов меньше, чем пивзавод?

– Там целый ряд проблем. Одна проблема состоит в том, что они платят очень мало налогов на прибыль. Почему? Потому что они не хотят их платить, они перепродают уголь торговым домам, то есть, по сути, самим себе. И точки аккумулирования прибыли находятся либо за пределами Хакасии, либо за пределами России вообще. Задача, которая есть сейчас, – инвентаризировать инструменты, которые у нас есть, для полноценного диалога. Нужно выстроить систему экологического мониторинга. Это вопрос того же весового контроля. Часть угольных разрезов перевозит уголь автотранспортом, при этом, по моей информации, в прошлом году было оформлено всего 35 протоколов по нарушению режима весового контроля. По сути, это ноль. Понятно, что компании эти не могут развиваться, не осваивая все новые и новые территории. Возникает вопрос: а надо ли ребятам, которые решили не платить налоги, идти навстречу? В тех вопросах, где можно не идти.

*Хайп – ажиотаж, популярность.

Видео

Просмотров: 467
Загрузка...